Сбылось: Федеральное собрание России наконец ратифицировало 14-й протокол к Европейской конвенции по правам человека. В этом протоколе речь идет о реформе Страсбургского суда. Россия обещала ратифицировать его к маю 2006 года. На то было решение саммита Совета Европы, который прошел в Варшаве в мае 2005 года. И Россия поставила подпись под обязательством. Тем не менее, ратифицировать 14-й протокол Дума тогда отказалась. К нему отнеслись так, будто речь шла о совершенно новом неизвестном профильному комитету документе. Хотя на самом деле появлению протокола предшествовала основательная экспертная стадия. Было объявлено, что специалистам уже тогда удалось договориться по его «неудобным» положениям.

Так, спорное нововведение, которое меняло критерии приемлемости для Европейского суда жалоб, было отложено во времени. Суд согласился не приглашать новых докладчиков по странам — членам Совета Европы, а обошелся своими сотрудниками. И прочее.

Думских противников ратификации это не удовлетворило. А вокруг самой проблемы развернулось подобие дискуссии. В ходе нее один теперь уже бывший крупный региональный начальник бухнул: зачем нам их суд европейский, нам нужен «суд евразийский». Как знать, может быть, так он выразил коллективное мнение «самобытников», сторонников публичного правежа и пыточной избы. А скорее всего — «Особых совещаний». Правда, и без того трудно найти какой-нибудь институт в России, который был бы «самобытнее» нашего суда и в его нынешнем состоянии.

Известно, что граждане 47 стран Европы подают жалобы в Европейский суд по правам человека после тщетных поисков правосудия во всех инстанциях отечественных судов. Так вот, на Россию приходится без малого треть жалоб среди всех отчаявшихся в таких поисках. Хотя в более корректно осмысленной очереди, построенной по количеству жалоб на тысячу населения, мы стоим 15-ми или 16-ми. Граждане России жалуются в Страсбург на неисполнение судебных решений, на нарушения сроков рассмотрения дел в судах, на условия содержания в местах заключения. Понятно, что количество исков, поданных от той или иной страны, от самого суда не зависит


Права человека нарушаются, к сожалению, практически во всех европейских странах. И хотя наша доля существенна, в Страсбургском суде накапливаются десятки тысяч дел со всей Европы, средний срок рассмотрения которых колеблется от четырех до десяти лет! Потому-то, собственно, и появился 14-й протокол, который значительно ускоряет судебные процедуры в Страсбурге. И наш отказ от ратификации создавал дискомфорт просителям не только России, но и всей Европы.
Уместно заметить, что отвергаемый на протяжении нескольких лет 14-й протокол вместил лишь малую толику преобразований, в которых нуждается Страсбургский суд. Так что мы препятствовали, в общем-то, начальным и несущественным подвижкам, а прослыли заведомыми противниками дальнейших реформ работы суда.
Ратификация 14-го протокола, по общему мнению, повысит качество работы наших судов. Потому что усилится международный контроль над ними. Однако, ратифицировав протокол, Россия в Совете Европе все равно осталась диссидентом. Потому что за нами ратификация 6-го протокола, в котором отменяется в мирное время смертная казнь. По регламенту, просто моратория на палачество для Совета Европы недостаточно. Россия и здесь единственный член организации, который тянет с ратификацией. А жаль



ej