Воинские части Челябинской области готовятся к появлению военной полиции. Приказ о ее создании должен подписать министр обороны России Анатолий Сердюков. Задача новой структуры – контроль за порядком в Вооруженных силах страны. Правда, пока у военных больше вопросов, чем ответов.

Новый учебный год, который начинается в Российской армии 1 декабря, ознаменован серьезными изменениями – созданием военной полиции. Подобные структуры существуют более чем в 40 государствах мира, в том числе в США, Австралии, Великобритании, Франции, Казахстане, Китае. Для России же это новинка. Как сообщили в пресс-службе ПУрВО, на обкатку нововведения отведено полгода.

По сообщениям Министерства обороны, подготовка проекта к запуску велась почти три года и уже даже разработана программа подготовки военной полиции в военных округах и на флотах. Тем не менее Минобороны пока не раскрывает все нюансы работы нового подразделения. Известно только, что на первом этапе в ее состав включат службы военных комендатур и военной автоинспекции. Но они получат лишь некоторые новые функции. Затем полномочия будут расширены и подкреплены внесенными в законы изменениями. Структуры военной полиции в Вооруженных cилах начнут формироваться в будущем году, а ее численность составит около пяти тысяч человек.

Председатель челябинского гарнизонного суда Юрий Шацкий, считает, что с введением военной полиции армия только выиграет. «Я пока не знаю деталей, но целесообразность в появлении новой структуры есть. Главное, чтобы военная полиция подчинялась не командирам частей, а вышестоящим военным, иначе работа будет вестись необъективно, сотрудникам просто придется выполнять приказы командиров и скрывать нелицеприятные факты», – говорит Юрий Шацкий.

С ним согласен и руководитель военно-следственного отдела по челябинскому гарнизону Александр Ткач: «Официальных документов по созданию военной полиции и наделению ее какими-то полномочиями я пока не видел. Но если сотрудники полиции будут заниматься розыском самовольно покинувших часть, конвоированием арестованных, выполнять функции органов дознания, – то это значительно облегчит нам работу. Конечно, военная полиция должна отличаться объективностью и подчиняться, например, военным комендатурам».

Больше скепсиса создание новой структуры вызывает у военных. Бывший командир роты Чебаркульской дивизии, майор мотострелковых войск Павел С.: «А есть ли смысл в этом проекте? Военная комендатура и так обязана следить за тем, чтобы в увольнительной солдатики (да и офицеры) вели себя прилично. Что изменится от смены названия? Непонятно и с ВАИ. Очень часто начальником местной военной автоинспекции являлся командир местного же небольшого гарнизона. Если включать ваишников в состав полиции, то придется либо урезать полномочия командиров, либо создавать систему двоевластия. Ни то, ни другое, по-моему, к хорошему не приведет».

Такого же мнения придерживается и сержант-контрактник Сергей Надонкин: «Неужели таким образом Сердюков надеется победить дедовщину? С неуставными отношениями должны бороться офицеры, командиры частей, а не какие-то «полицаи». Наверняка отношение к служащим военной полиции в войсках будет самое презрительное. А если вместе с указом не будет создана система строгого контроля за новым формированием, то получится просто еще одна насквозь коррумпированная структура. И тем же военным прокурорам придется до кучи бороться еще и с ней».

Его поддерживает и рядовой Руслан Губайдуллин, который во время срочной службы был прикомандирован к районному военному комиссариату: «Служба внутренней безопасности армии, конечно, нужна. Но эффективность военной полиции в плане борьбы с неуставщиной – большой вопрос. Я знаю, что во многих частях командиры пытаются справиться с неуставными отношениями. Но если офицер не днюет и не ночует в казарме, у него ничего не выходит. Дедовщина – очень устойчивая и инертная вещь. Как с ней смогут справиться полицейские, которые будут наблюдать за неуставными отношениями «снаружи», не представляю».

Только в этом году военно-следственный отдел челябинского гарнизона возбудил 200 уголовных дел, связанных с различными преступлениями в рядах Вооруженных сил. Больше 100 из них уже направлены в суды. Эти данные говорят о том, что пока военная реформа к снижению преступлений в армии не привела. Как отметил Александр Ткач, даже несмотря на сокращение срока службы до одного года, случаев неуставных отношений, дезертирства в частях меньше не стало

http://chelyabinsk.ru/news/249145.html