Медведевская военная реформа - что это такое, и почему она не должна беспокоить Обаму
Недавно, холодным осенним днем в лесу поблизости от литовской границы Дмитрий Медведев наблюдал за пуском новейшей российской тактической ракеты. На президенте была офицерская куртка защитного цвета со знаками различия Верховного главнокомандующего; в громадный бинокль он следил, как ракета стремительно уносится навстречу цели.

Еще не так давно подобный антураж был привилегией Владимира Путина, бывшего медведевского начальника. Однако молодой президент-реформатор уделяет особое внимание вооруженным силам страны - и, в отличие от предшественника, не только для поддержания имиджа «крутого парня». Если Путин просто увеличил вчетверо военные расходы, не сумев серьезно продвинуть вперед военную реформу, то Медведев смело взялся за превращение Красной Армии - ветшающего реликта «холодной войны», одолеваемого проблемами, связанными с коррупцией в рядах офицерского корпуса, устаревшим оснащением, эпидемией «дедовщины», самоубийств и алкоголизма - в современный боевой механизм, способный, после двадцатилетнего перерыва, эффективно действовать за пределами России. 12 ноября в президентском «послании о положении дел в империи», Медведев подчеркнул: прежняя экономическая модель уже неработоспособна, и модернизация - «вопрос выживания нашей страны в современном мире». Это относится и к вооруженным силам. Речь идет о проекте гигантского масштаба: чтобы добиться результата, Медведеву необходимо сделать Красную Армию более компактной, улучшить ее техническое отношение и повысить уровень профессионализма военных. А значит неизбежны болезненные сокращения и «выкорчевка» укоренившихся групповых интересов, которым нынешнее «загнивание» российского военно-промышленного комплекса, его зависимость от госдотаций только на руку.

Однако в случае успеха реформы результат будет столь же колоссален: у страны появятся вооруженные силы, соответствующие амбициям Кремля. При этом создание угрозы для Запада в эти планы не входит. Медведев хочет покончить с наследием советских времен, когда армия готовилась к «традиционной» большой войне в Европе, и приспособить ее для действий в условиях региональных конфликтов; именно с этой задачей вероятнее всего могут столкнуться российские вооруженные силы в обозримом будущем. Для этого необходимы высокомобильные силы, способные «гасить» пожары внезапных военных конфликтов и «призывать к порядку» небольшие соседние страны. Конечно, Россия не намерена полностью устраниться от «великодержавных игр»: Медведев вкладывает большие средства в развитие стратегического ядерного потенциала страны, - по-прежнему гигантского - чтобы Москва сохранила место в «президиуме» мирового сообщества. Однако, внедряя ядерные силы и средства нового поколения, он подчеркнуто «успокаивает» Вашингтон, соглашаясь на сокращение стареющего российского ядерного арсенала.

Медведев дал старт реформе в прошлом году, после того, как действия российских войск в ходе Августовской войны с Грузией, по словам Павла Золотарева из Российской Академии Наук, выявили серьезнейшие недостатки. Это стало первым испытанием российской армии в бою с внешним врагом после Афганской войны, и результаты оказались удручающими. В ходе этой выявились «досадные изъяны» в плане боеспособности вооруженных сил, как выражается независимый военный эксперт Павел Фельгенгауэр. В ходе боев было сбито как минимум 11 российских самолетов [так в тексте. По российским данным потеряно 4 самолета - прим. перев.] и несколько беспилотников; поступали сообщения о массовых поджогах и грабежах, учиненных недисциплинированными солдатами в брошенных грузинских селах. Многие российские военные шли в бой в кроссовках и синтетических спортивных брюках вместо положенных по уставу сапог и камуфляжной униформы, а один офицер даже попросил корреспондента Newsweek одолжить ему грузинскую сим-карту, чтобы связаться с командованием по мобильному: рации в его подразделении вышли из строя. На шоссе Цхинвали-Гори можно было видеть множество российских БТРов, сломавшихся прямо на марше. Исход конфликта, конечно, сомнений не вызывал, - население Грузии составляет 4,7 миллионов, а России 140 миллионов - но на фоне новеньких машин и щегольской униформы, поставленных грузинской армии Соединенными Штатами, российские солдаты смотрелись как персонажи из кинохроники времен Второй мировой войны.

Буквально через несколько дней Медведев начал «наводить в доме порядок». Начальник Генштаба Николай Макаров, назначенный президентом на этот пост перед самым началом грузинской кампании, провел всеобъемлющую ревизию положения в вооруженных силах. Выяснилось, что состояние войск, участвовавших в Августовской войне, на самом деле даже лучше среднего уровня. В ходе анализа было установлено, что лишь 17% воинских частей в российских вооруженных силах полностью укомплектованы личным составом и техникой. «Во всех остальных либо техника и снаряжение были неисправны, либо численность недотягивала до штатной», - поясняет Золотарев. Кроме того, армия была серьезно перенасыщена командным составом: в ней насчитывалось 900 генералов (для сравнения, в вооруженных силах США их всего 300), а один офицер приходился на 2,5 солдат и сержантов (на Западе соотношение обычно составляет 1 к 15). До трети призывников составляли «люди с психическими отклонениями, наркоманы и слабоумные» - об этом в прошлом году публично заявил командующий ВВС генерал-полковник Владимир Михайлов. Что же касается порядков в войсках, то они заставляли вспоминать даже не о временах «холодной войны», а о мрачном Средневековье - НПО сообщали об ужасающих фактах, когда офицеры использовали солдат для рабского труда или заставляли заниматься мужской проституцией.

Из всего этого следовал вывод: Грузию Россия смогла разгромить, но с другим противником все может сложиться не так удачно. «Если, не дай Бог, нам придется воевать с технически передовым государством вроде Соединенных Штатов, наши шансы на выживание равны нулю, - отмечает московский военный аналитик Александр Гольц. - И власти наконец осознали всю серьезность ситуации».

Проводить в жизнь планы Медведева поручено министру обороны Анатолию Сердюкову - он, как и Путин с Медведевым, закончил юридический факультет Петербургского университета, и был назначен на этот пост предшественником нынешнего президента в 2007 г. План реформ, в составлении которого участвовал министр, был окончательно принят осенью 2008 г. Он впечатляет своим размахом: почти 200000 офицеров - более трети от имеющегося числа - должны быть уволены в запас, а многих из тех, кто останется в армии, ждет увеличение денежного довольствия (вплоть до 5000 долларов в месяц, что в пять с лишним раз выше нынешнего уровня) в качестве стимула для повышения качества их работы. Срок обязательной воинской службы сокращен с двух лет до одного года. Вместо прежних громоздких дивизий численностью в 5000 человек и более создаются более мобильные современные бригады с 2000 военнослужащих в каждой. Общая численность вооруженных сил уменьшится на четверть - в основном за счет ликвидации небоевых частей. Если Сердюкову удастся осуществить задуманное, «костяк» армии и основу сил быстрого реагирования составят элитные боевые батальоны.

Конечно, как учит нас история, Кремль за прошедшие столетия не раз разрабатывал планы радикальных военных реформ, но большинство из них срывалось из-за сопротивления бюрократии и коррупции. На сей раз, однако, есть основания полагать, что Медведев добьется успеха. Весьма обнадеживающий признак - то, что он решительно взялся за некоторых «священных коров». Одна из них - система закупок. В советские времена любое предложение о приобретении систем вооружений за рубежом было бы воспринято как государственная измена. Однако в сентябре заместитель министра обороны Владимир Поповкин без обиняков заявил «капитанам» российской оборонной промышленности: если они не могут поставить то или иное необходимое оборудование, он без колебаний закажет его иностранным фирмам. Тогда же Москва заявила о покупке у израильтян беспилотных летательных аппаратов на 50 миллионов долларов, предпочтя их громоздким и слишком дорогим российским аналогам, плохо проявившим себя в Грузии. Кроме того, в этом году Россия приобрела для элитных частей британские снайперские винтовки и австрийские пистолеты. «Признание того факта, что Россия не может производить все сама - первый шаг к модернизации системы», - отмечает Гольц.

Наверно, он прав, но модернизировать российский военно-промышленный комплекс будет не легче, чем другие дышащие на ладан высокотехнологичные отрасли. Благодаря финансовым вливаниям - в 2008 г. российский военный бюджет достиг 50 миллиардов долларов, а к 2011 г. Путин обещает довести оборонные расходы до 125 миллиардов долларов - советские промышленные гиганты вроде авиастроительных фирм «МиГ» и «Сухой» смогли разработать новые образцы самолетов. Однако российские системы вооружений последнего поколения - истребители-бомбардировщики Ce-34 и Ce-35, фронтовой истребитель МиГ-35, комплекс ПВО С-400 и тактический ракетный комплекс «Искандер» - по сути представляют собой модернизацию проектов, созданных еще 30 лет назад. «Получив деньги, эти КБ извлекли из нафталина старые разработки 25-летней давности», - поясняет Фельгенгауэр. Медведев, похоже, осознает эту проблему: так, в октябре, побывав на «НПО машиностроения» в Реутове, он резко раскритиковал положение дел в военной промышленности и призвал к ее коренной модернизации.

В других сферах заметны первые признаки прогресса. Части нового образца - фактически «армия внутри армии» - уже сформированы; Медведев продемонстрировал их президентам соседних стран в ходе учений пятитысячных региональных сил быстрого реагирования, созданных государствами бывшего СССР при ведущем участии России. Новые части, как обещал Медведев ранее, будут «не хуже натовских», и получат экипировку по западным стандартам, которой прежде российские солдаты не видали: в частности, каждый военнослужащий, каждое транспортное средство получат рацию и прибор ночного видения, а новая униформа и ботинки будут сделаны не из шерсти и кожи, а из современных «дышащих» материалов. Задача сил быстрого реагирования - «отражение военной агрессии, проведение специальных операций по борьбе с международным терроризмом и экстремизмом, транснациональной организованной преступностью, наркотрафиком, а также ликвидация последствий чрезвычайных ситуаций». Их основой станут части российской армии, однако в состав контингента войдут и спецподразделения стран-участниц Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ), включающей, помимо России, Армению, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан.

Кроме того, Россия весьма успешно модернизирует пожалуй важнейший элемент своего стратегического военного потенциала - ядерные силы. В октябре с новой [так в тексте - прим. перев] атомной подлодки «Дмитрий Донской» был произведен успешный испытательный запуск последней российской разработки - баллистической ракеты морского базирования «Булава»; восемь предыдущих испытаний окончились неудачей. «Булава» - это настоящая «Звезда смерти» весом в 30 тонн, способная доставить в любую точку планеты 10 ядерных боеголовок индивидуального наведения. В стадии строительства находятся еще два подводных ракетных крейсера, каждый из которых будет вооружен шестнадцатью «Булавами». Подобные вооружения скорее соответствуют целям «холодной войны», чем потребностям современной, гибкой армии, решающей тактические задачи, но при всеми своем реформаторском настрое Медведев отлично понимает: мощный ядерный потенциал - один из способов сохранить за Россией место в «клубе» великих держав. Он также осознает, что громадные, впечатляющие ракеты можно выигрышно продемонстрировать народу - именно поэтому президент в прошлом году, впервые с советских времен, приказал вывести на парад по случаю Дня победы мобильные межконтинентальные ракетные комплексы «Тополь-М».

В некоторых регионах страны, особенно внутри архипелага «закрытых городов», работающих на военно-промышленный комплекс, подобные зримые доказательства повышенного внимания к вооруженным силам воспринимаются с энтузиазмом. «Наши сердца наполнились радостью, когда мы увидели на Красной площади ракеты, которые испытываются у нас, - рассказывает Александр Лих, мэр «закрытого города» Знаменска, где разрабатываются и тестируются ракеты. - Наконец, после десяти лет упадка и нищеты, наш полигон снова оказался нужен стране».

Впрочем, кое у кого, и особенно у соседей России, происходящее вызывает иную реакцию. На прошлой неделе польский министр обороны Радек Сикорский (Radek Sikorski) в письме в штаб-квартиру НАТО «забил тревогу» в связи с российско-белорусскими учениями в Калининградской области с участием 12000 военнослужащих. «Это нас беспокоит, - заявил он в интервью польской государственной радиокомпании. - Мы требуем, чтобы НАТО обратила внимание на этот факт». Сикорский и другие выражали такое же недовольство в прошлом месяце, когда Медведев упростил процедуру применения российских вооруженных сил за пределами страны, подписав новый закон, позволяющий направлять войска за рубеж для «отражения вооружённого нападения на формирования Вооружённых Сил Российской Федерации. . .; отражения или предотвращения вооружённого нападения на другое государство, обратившееся к Российской Федерации с соответствующей просьбой; защиты граждан Российской Федерации за рубежом от вооружённого нападения». Это звучит как карт-бланш для «защиты» Москвой - в случае необходимости или в качестве предлога - русскоязычных меньшинств в соседних постсоветских государствах, например, Украине и Казахстане.

Реформа Медведева может создать и внутриполитические проблемы. В этом году Кремль уже замедлил темпы планируемого сокращения численности вооруженных сил и офицерского корпуса, очевидно опасаясь, что недовольные военные могут устроить ему неприятности, если при увольнении не получат обещанного жилья и льгот. Президент, однако, демонстрирует решимость продолжать перестройку Красной Армии, отказываясь урезать военный бюджет несмотря на то, что в условиях кризиса стране приходится «затягивать пояс потуже». Это не обязательно означает наличие у него агрессивных планов (хотя Вашингтон достаточно обеспокоен судьбой своих союзников в регионе, чтобы предложить Грузии помощь в наращивании оборонительного потенциала). Однако его действия несомненно демонстрируют стремление Кремля превратить вооруженные силы в эффективное орудие сдерживания дальнейшего расширения НАТО - и мощный аргумент, побуждающий соседей принять как данность лидирующую роль России в регионе.
http://rus.ruvr.ru/2009/11/23/2388342.html